Статья

О «большинстве» соборников в монархическом движении

В среде «соборных монархистов» в качестве весомого аргумента своей правоты весьма популярен тезис о малочисленности легитимистов.

Если бы такое мнение исходило от лица представителей современной «либеральной демократии», это было бы понятно. Но уже в устах сторонников классической демократии (отнюдь не предполагающей тупую механическую власть некоего «большинства») это звучит сомнительно. А для монархистов – вообще неприемлемо.

Чтобы было понятнее, в чем заключается ошибка, приведем аналогию. Аналогия – это, конечно, не полное тождество. Но сопоставление и анализ похожего позволяет понять суть явлений и процессов.

Русская деревня 2.0, или Зачем России нужна деурбанизация

С советских времен среди большинства обывателей стала аксиомой идея, что урбанизация – безусловное благо, прогресс, а наличие значительной доли сельского населения – признак отсталости и неразвитости. «Нормальной» считается доля в 85-90% городских жителей, а некоторые полагают, что селу можно оставить и 2-5% от населения страны.

Но если подойти к этому вопросу не с позиций сиюминутности, а с оглядкой на перспективу, ситуация получится совсем иная, а сам вопрос – куда серьезнее.

Действительно, развитие технологий вполне может привести к тому, что внутренние потребности страны в продуктах и весь экспорт смогут обеспечить даже не 2-5% населения, а вообще 0,1% (которые будут «роботам батарейки менять»). Современная мировая сельскохозяйственная отрасль вполне осознанно такой и создавалась. И что тогда? Всем в города переезжать?

Леонид Решетников: «Господь возложил на Россию великую миссию»

С генерал-лейтенантом в отставке Леонидом Решетниковым мы беседовали в декабре 2016 года, когда он еще был директором Российского института стратегических исследований. Сегодня он возглавляет наблюдательный совет телеканала «Царьград» и Общество развития русского исторического просвещения «Двуглавый орел».

– 2017-й – год столетия революции в России. Ваше отношение к событиям Февраля и Октября как к национальной катастрофе хорошо известно. Каково Вам при этом слышать, в том числе из уст высокопоставленных чиновников, разговоры о «великой российской революции», о том, что она была «попыткой построения справедливого общества»?

– Все разговоры о «великой российской революции» вызваны, как правило, одним желанием, так или иначе, оправдать кровавый разгром исторической России, русской православной цивилизации. Некоторые это делают неосознанно в силу недостатка знаний, неспособности к аналитическому осмыслению, просто из-за душевной или интеллектуальной лени. Но большинство «оправдателей» хорошо понимают, что и зачем они говорят. По сути, они идейные наследники террористов-революционеров, разрушителей России. В основной массе эти люди неверующие или маловерующие, а также поклонники язычества, различных эзотерических «теорий» и «практик». Такие личности видят в исторической России угрозу своему существованию без Бога, без совести, без любви к ближнему. Русская православная цивилизация им ненавистна, потому что она была цивилизацией Веры, Надежды и Любви.

Русские люди о Великом Князе Владимире Кирилловиче

К 25-летию со дня блаженной кончины Главы Российского Императорского Дома Е.И.В. Государя Великого Князя Владимира Кирилловича редакция «Монархиста» сделала подборку воспоминаний о нем людей разных эпох, сословного положения, убеждений (некоторые материалы даются с сокращениями).

Охраняя Государя

16 дней я имел счастье быть в карауле Е.И.В. Великого Князя Владимира Кирилловича. Эти 16 дней, проведенные мною в непосредственной близости к Его Императорскому Высочеству, останутся неизгладимым воспоминанием на всю мою жизнь. Помимо колоссального морального удовлетворения, когда все невзгоды и горечи нашей эмигрантской жизни отошли далеко, и я прикоснулся к чему-то старому, светлому, хорошему; я особенно счастлив, что мне выпала честь быть в карауле первым представителем нашего полка и этим внести хотя бы частицу в наше общее дело.

Невыученные уроки Февраля

Величайшие русские православные подвижники ХХ столетия призывали народ к покаянию в грехе измены Помазаннику Божию, бунта и цареубийства, а также нарушения соборной клятвы на верность Дому Романовых, принесенной Великим Земским и Поместным Церковным собором 1613 года. Только так, объясняли они, Россия может вернуть себе милость Божию, возродиться в своем подлинном облике, вернуться к исполнению своей исторической миссии.

Но нет, «дети революции» предпочитают «дополнять меру отцов своих» (см. Мф. 23, 32).

Великая Княгиня Мария Владимировна: Объявлять Николая II виновником революции – безответственная демагогия

Глава Российского Императорского Дома Е.И.В. Государыня Великая Княгиня Мария Владимировна благоволила ответить на вопросы редактора газеты «Монархист» М. Кулыбина.

Ваше Императорское Высочество, наступил год 100-летия величайшей катастрофы русской истории – революции 1917 года. В связи с этим в обществе развернулась острая дискуссия, посвященная событиям того времени. Большой популярностью в некоторых кругах пользуется версия, что главный виновник катастрофы – Император Николай II, который своим «безволием» будто бы довел страну до упадка, отдал власть «темным силам», проиграл войну, результатом чего и стала революция. Что Вы думаете об этой версии и в чем видите главные причины трагедии?

– Любые попытки связать победу или катастрофу с именем какого-то одного человека или даже группы лиц представляются мне или наивным упрощением, или сознательным уходом от исследования истинных причин исторических процессов и явлений.

Сущность монархии и республики

Редакция «Монархиста» в целом не разделяет младоросскую идеологию. Тем не менее, в этом номере, в рубрике «Русская публицистика» мы републикуем (с незначительными сокращениями) статью лидера младороссов Александра Казем-Бека. Во-первых, некоторые высказанные в ней мысли сохраняют актуальность и по сей день, во-вторых, современным монархистам полезно изучать наследие своих предшественников в эмиграции во всей его полноте, а в-третьих, предлагаемый текст позволит многим понять, что идеология младороссов состояла не только из лозунга «Царь и советы!».

«Непредрешенцы» безразлично относятся к монархии и республике главным образом потому, что считают их формами правления. В этом и коренится их заблуждение. Разумеется, вопрос формы правления – вопрос второстепенный. Гораздо важнее и существеннее самое содержание государственности. Содержание государственности создает ту или иную гражданскую этику, ту или иную общественную мораль. Если бы монархия и республика были основаны на одном и том же этическом принципе, то есть, если бы содержание, заключенное в них, как в форму, было одним и тем же, – можно было бы считать, что вопрос о монархии и республике есть вопрос лишь формы.

Однако самое поверхностное рассмотрение идеалов монархии и идеалов республики – то есть их содержания – приводит к логически неизбежному выводу, что природа монархии совершенно отлична от природы республики. Монархическая идея подчинена идеалу нравственному. В основу ее заложен закон этического, иррационального порядка. Республиканская идея подчинена идеалу умственному. В ее основу заложен закон рассудочного, рационального порядка. Поэтому если монархия и республика в их внешнем выявлении и могут быть признаны формами, то монархия – есть форма религиозного начала в государственности, тогда как республика – есть форма рационалистического начала. Такова сущность монархии и республика, так сказать, классического типа. Те или иные отклонения от общего правила, в зависимости от исторических эпох или национальных черт того или иного народа, этого правила не опровергают.

Образовательные системы: имперская, советская и федеральная

(Окончание. Начало в №№ 94, 95)

После катастрофы 1917 года

После 1917 года подход был радикально изменен. Имело место не «развитие» или «улучшение», а полный слом парадигмы. Осуществление революционных требований по созданию «единой школы» в 1920-е годы не просто ликвидировало «социальное неравенство», одновременно с этим оно фактически ликвидировало и само «продвинутое» образование как таковое.

Сопоставление сроков обучения, учебных программ и, самое главное, качества обучения в дореволюционных и послереволюционных школах показывает, что советская «средняя» школа, например, являлась преемницей не гимназий и других учебных заведений гимназического уровня (общий срок обучения в которых с момента поступления в начальную школу составлял 11-12 лет), а «высших начальных» учебных заведений со сроком обучения (включая начальную школу) 7-9 лет.

И дело не только в длительности обучения. Выпускник царской гимназии обычно имел уровень знаний по гуманитарным предметам (языки, историко-филологические, философские дисциплины, право), которого не достигали выпускники соответствующих советских вузов. Гимназический уровень по освоению математики и естественнонаучных дисциплин в СССР достигался только в единичных физико-математических спецшколах. Еще более существенно, что советская школа не давала той полноты и целостности образования, которая представляла гимназия через изучение математических, историко-филологических и философско-богословских наук, формировавшая основополагающие интеллектуальные и эстетические способности и целостное отношение к культуре и миру.

Заметки на полях современности

К вопросу о российской нации

Недавно на самом высоком уровне вновь была озвучена идея о формировании российской политической нации.

Инициатива естественным образом была встречена в штыки значительной частью общества, особенно – представителями русских национально-ориентированных объединений, что, впрочем, неудивительно. «Профессиональные» антикоммунисты углядели в этой идее попытку создать второй «советский народ».

Многие обрушились с критикой на само слово «россиянин». С.Говорухин, успевший за свою политическую жизнь покочевать от Демпартии России через «Отечество – вся Россия» и поддержку коммунистов до «Единой России», и вовсе назвал это слово «отвратительным». Националисты, разумеется, возмутились в том смысле, что «никогда мы россиянами не были, а только русскими».

Мне представляется, что такая реакция в значительной степени обусловлена эмоциональной, а не вдумчивой оценкой инициативы.

И.Солоневич о генералитете как ударной силе Февраля

На протяжении 75 лет пореволюционной истории России события февраля-марта 1917 года оставались как бы в тени «Великого Октября». Советские историки представляли «вторую русскую революцию» довольно сумбурно и неправдоподобно: рабочий люд вышел на улицы Петрограда с криками «Хлеба!» и слабовольный монарх отрекся от престола. Все очень просто и совершенно непонятно.

Несмотря на то, что в последние 25 лет Февралю уделено несравнимо большее внимание профессиональных, полупрофессиональных и совсем непрофессиональных историков, разобравших ход «бескровной» буквально по дням, часам и чуть ли не минутам, по действующим лицам, городам и весям, по тому, кто, что и когда делал или не делал, за пределами исследований, как правило, остается, быть может, более важный вопрос: «Почему?» Каковы причины того, что генерал-адъютанты Императора и политики, искренне уверенные в монархичности своих взглядов, совершили именно антимонархический переворот? Являются ли заявленные ими причины истинными, а истинные – осознанными?

RSS-материал