НАШ АРХИВ

001-small.gif (28228 bytes)

№ 37

Санктъ-Петербургъ

годъ 1999

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ

СОДЕРЖАНИЕ:
По материалам газеты “Культура”, подготовил И. Воронин:

И ВСЕ-ТАКИ - 25 ПРОЦЕНТОВ! Социолог Ксения Касьянова - автор редкого по оригинальности, как считают ее коллеги, исследования русского национального характера. История (скорее даже историософия) и психология, этнография и социология выступают в ее методике в тесном взаимодействии.

Петр Паламарчук (Москва):

О РУССКОМ МОНАРХИЗМЕ. Римское право - основа всех последующих - гласило, что верховная государственная власть принадлежит народу. А он уже на выборах или иным способом наделял полномочиями сперва царей, затем консулов и впоследствии императоров. Вот эти их высшие полномочия и назывались изначально “империум”. И только много позже в обиходе это понятие слилось с названием территории, где простиралась обозначаемая им власть....

А. К.(Царицын):

КОМУ НУЖНА ПОЛИТИКА АПОЛИТИЧНОСТИ? Благодаря антихристовой революции февраля 1917 г., в русской церковной среде получило широкое распространение новое лжеучение, утверждающее, что любой государственный строй является богоустановленным и, следовательно, Церкви безразлично, какая именно форма власти устанавливается в государстве. Это лжеучение получило название “аполитичности”...

НАША ПОЧТА
Константин фон Штюрмер:

Нет – “демофилии”! Полностью поддерживаю статью “Отечество как идол”, опубликованную в “Монархисте” № 2 за 1998 г. Возводить Россию, как “кусок территории” на земном шаре, в некий главенствующий принцип и основу нашей монархической идеологии, - это просто глупо....

Е.Лукашевский:

К 155-летию со дня рождения Императора Александра III

ЦАРЬ-МИРОТВОРЕЦ. Начало. Прошло 105 лет со дня смерти одного из самых выдающихся Русских Государей - Александра III Александровича. Даже в советское время память немногих Государей подвергалась такой клевете и оскорблениям, как память этого умного и сильного твердого Царя. Это понятно. Ведь полтора десятилетия царствования Александра Александровича были временем успокоения России, временем прекращения революционных брожений и смут. И в то же время это славное царствование было периодом нового расцвета военно-политической мощи России, периодом ее экономического и культурного подъема.

Монархистъ № 1 (37), 1999, АРХИВ

К СОДЕРЖАНИЮ                                                                                                               НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ

И ВСЕ-ТАКИ - 25 ПРОЦЕНТОВ!

Социолог Ксения Касьянова - автор редкого по оригинальности, как считают ее коллеги, исследования русского национального характера. История (скорее даже историософия) и психология, этнография и социология выступают в ее методике в тесном взаимодействии.

Политические взгляды социолога в чем-то перекликаются с “Народной монархией” Солоневича:

- Я считаю, что в такой критической ситуации, - говорит Ксения Касьянова, - кто-то один должен взять на себя ответственность и провести все по-настоящему. Не обязательно именно монарх. Но пусть уж лучше он, чем неизвестно откуда и неизвестно какой появится харизматический лидер и невесть что тут учинит. Нельзя противопоставлять: либо монархия - либо демократия. Они вполне совместимы. Более того - монарх может быть гарантом демократии, Есть мнение, что до XVIII века развитие государственности в России шло в сторону народной монархии, и если бы Петр не покорежил многое в этой системе, то, кто знает, за два века она могла бы отлиться в очень интересные и вполне устраивающие современного человека формы.

Естественно, что при таких взглядах Касьянова не преминула провести социологическое исследование на тему, крайне интересную для читателей “Монархиста”.

- Я задала людям вопрос об их отношении к монархическому правлению в России: желательно ли оно для них или нет, считают ли возможным его восстановление? “Желательно”, - ответили 18%, хотя только 10% считают это возможным. Что же это за люди? Первым приходит в голову, что это пенсионеры, село, малообразованные. Так нет! Прямо противоположная картина! Количество сторонников монархии растет по мере перехода от неполного среднего к высшему образованию: с 17 до 20%. В селе тех, кому эта мысль близка, набралось всего 11%. А в крупных городах – 20%. И еще больше - в столицах: Москва – 25% процентов, Питер - 23. А выразительнее всего разбивка по профессиональным группам, Руководители производства: в госсекторе – 42%, предприниматели – 28%.

Любопытно, что приблизительно те же результаты дало аналогичное исследование собственной социологической службы редакции газеты “Монархист”, проведенное в 1995 году (см. “Монархист”, №, 4, 1995), и многими, даже и единомышленниками, расценивавшееся как “антинаучное” (ведь среди социологов-монархистов не было ни одного профессионала). Среди петербуржцев, по нашим данным, - 25% положительно относятся к монархической форме правления, у Касьяновой – 23%.

- Мне кажется, состав говорит за себя, - комментирует Касьянова результаты своего исследования, - это не те люди, которым может что-то мерещиться. Их идеал вполне отчетлив. Единовластие, вот чего они хотят. Существует огромный спрос на порядок. И всегда, сколько я себя помню, народ склонялся к нему. А демократия пока что у нас проворовалась, порядка дать не может. Не выработала своих институтов, которые ее поддерживали бы - или ограничивали, что то же самое. Злейший враг демократии не мог бы так ей навредить! Когда люди голосуют за монархию - они голосуют за то, чтобы был человек, обязанный нести ответственность за порядок, который он наводит. Слишком много сейчас споров, и каждый может сказать: это не я не справился, а мне не дали довести дело до конца. Все устали от этого.

По материалам газеты “Культура”

подготовил И. Воронин

Монархистъ № 1 (37), 1999, АРХИВ

К СОДЕРЖАНИЮ                                                                                                               НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
Автор: Петр Паламарчук (Москва)

О РУССКОМ МОНАРХИЗМЕ

Недавно скончавшийся известный русский публицист Петр Паламарчук последние годы был другом нашей газеты. Но при жизни в “Монархисте” не было опубликовано ни одного его материала; восполняем этот досадный промах теперь.

Римское право - основа всех последующих - гласило, что верховная государственная власть принадлежит народу. А он уже на выборах или иным способом наделял полномочиями сперва царей, затем консулов и впоследствии императоров. Вот эти их высшие полномочия и назывались изначально “империум”. И только много позже в обиходе это понятие слилось с названием территории, где простиралась обозначаемая им власть.

В Византии слово “император” превратилось в “автократора” - “самодержца”. Выше него стоял лишь “Пантократор” - сиречь “Вседержитель” - титул Самого Бога. Русское же “Царь” ведет происхождение от “цесарь”, “кесарь” - первоначально личного имени первого в истории императора-”монарха” Юлия Цезаря.

Но сразу следует отметить коренную разницу в западном и восточном понимании природы царской власти. Они разнятся примерно так же, как “империя” отличается от “империализма”. Православное учение о царской власти имеет своим прообразом Св. Писание. В нем рассказывается, что первоначально Израилем управляли так называемые “судии”. После них безбожие умножилось, и страдавший народ обратился ко Господу с просьбой устроить свое бытие вновь: тогда-то и были ему дарованы цари.

Отсюда проистекает русское понимание происхождения царской власти, часто превратно толкуемое в духе “общественного договора”. На самом деле по рядок тут был иной, священный: народ обращался ко Христу, моля о послании царя, и в случае успешности молитвы его обретал. Потому-то самодержец был ответствен не перед ним, а перед единым Богом - недаром тот именуется в церковных песнопениях “Царем царствующих и Господом господствующих”. Титул же самодержца означал, таким образом, отнюдь не абсолютную власть, а независимость от прочих стран.

Понятие “империализм”, как ни странно, тоже ведет генеалогию от Юлия Цезаря. Как писал дореволюционный профессор государственного права Градовский, это есть политическая система, будто бы представляющая собою сочетание принципа народовластия с учреждениями единоличного правления. Описание им такого строя весьма разительно напоминает не далекую старину, а жгучую современность: “Несмотря на сосредоточение власти в одних руках, народное собрание официально остается носителем суверенитета, а плебисцит, (то есть референдум - П.П.) выражением верховной государственной воли. Сосредоточив в своих руках бразды правления, Цезарь фактически превратил полномочия издавать административные распоряжения в неограниченную законодательную власть... Детище демократии, он низвел сенат на степень совещательного учреждения, удаляя из него членов консервативного и аристократического образа мыслей и наводнив своими ставленниками”. Вывод: эти приемы впоследствии послужили образцом для всех последующих узурпаторов, которые, пользуясь демократическими движениями, захватывали в свои руки власть.

Среди окончательных оформителей системы империализма называют Наполеона III, при котором она означала номинальную ответственность главы государства перед народом через референдум и полную безответственность его министров, в связи с чем общенародному представительству отводилась совершенно ничтожная роль. Такой империализм метко назывался еще “призрачным конституционализмом”.

Одним из отличительных достоинств подлинной империи, каковой и была Российская, служило равное положение каждого подданного вне зависимости от национальности, места жительства, вероисповедания или происхождения. Еще апостол Павел, когда только заявил себя римским гражданином, воспользовался правом изъятия от телесного наказания, и его вынуждены были отправить судиться в самый Рим перед императорским судилищем. А у нас фельдмаршал Миних - немец, принесший славу русскому оружию и даже после двадцатипятилетней сибирской ссылки оставшийся верным своей новой родине, - писал императрице Екатерине, что столь обширное государство может управляться только с Божией помощью самодержавной царской властью.

Идеологическое обоснование такого образа правления прошло любопытный путь. Оно возникло уже в загадочном первом вообще произведении русской литературы - “Слове о Законе и Благодати” киевского митрополита Иллариона во ХI веке. Затем его с перерывом в четыре века продолжил преподобный Иосиф Волоцкий в “Просветителе”; в несколько измененном виде подхватил инок Филофей, создавший соблазнительно-красивую утопию про “Москву - Третий Рим”, а в XVII столетии - великий государственник Патриарх Никон.

Западнические влияния надолго отстранили это течение. Его вновь назвал министр образования Николая I Уваров в форме знаменитой триады о том, что Русское государство зиждется на “Православии, Самодержавии и Народности”. Затем начали осмыслять славянофилы - и, одновременно, русские западники-националисты, как долголетний обер-прокурор Святейшего Синода К.П.Победоносцев - с половины XIX в.

Сколь это ни парадоксально, но подлинное оформление и историософское обоснование русской монархии было завершено накануне ее видимого крушения в начале текущего столетия, а во многом и после него. Им послужили монументальный труд бывшего народовольца, а затем ультрамонархиста Льва Тихомирова в трех томах “Монархическая государственность”, странным образом появившийся совсем не ко времени в 1905 г.; вышедшие уже в эмиграции книга Ивана Солоневича “Народная монархия” и итоговое произведение бывшего либерала, последнего главы министерства вероисповеданий Временного правительства, а затем профессора Богословского института в Париже А.Карташова “Воссоздание Святой Руси”.

Воистину столпом монархической идеи может быть назван профессор Иван Ильин, изгнанный из Совдепии интернационал-социалистами, а потом из Германии национал-социалистами и окончивший свои дни в Швейцарии. Уж он-то никогда от этой линии не отклонялся и юношеским поветрием дешевого “свободолюбия” не страдал. Поэтому стоит прислушаться к главному выводу его работы “О монархии и республике” - последнего произведения европейски известного философа и правоведа:

“Монархия держится любовью подданных к монарху и любовью Государя к своим подданным. В душе монархиста живет особенное отношение к Государю, а в душе у Государя живет особенное отношение к его подданным. Есть это отношение - и настоящая монархия живет и цветет, государство крепнет. Люди счастливы, что у них есть царь, и Государь ведет свой народ на достойных путях ко благоденствию. Нет этого отношения - и монархия превращается в пустую видимость, в иллюзию, в какое-то тягостное и опасное всеобщее недоразумение”.

В постперестроечной России всплеск монархизма оказался для многих ошеломительным, в особенности, когда о восстановлении трона открыто заговорили и так называемые “демократы”. Однако, как настоятельно утверждают те, кто поплатился немалыми бедами еще в репрессивную пору за такую точку зрения, “царство еще надо заслужить”.

Но в народе имеет самое широкое хождение предсказание великого святого Серафима Саровского, гласящее, что перед концом света на Руси снова будет царь и время благое, хотя и недолгое.

Петр Паламарчук

Москва

Монархистъ № 1 (37), 1999, АРХИВ

К СОДЕРЖАНИЮ                                                                                                               НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
Автор: А. К.  (Царицын)
КОМУ НУЖНА

ПОЛИТИКА  АПОЛИТИЧНОСТИ?

Бойся, сын мой, Господа и Царя; 
с мятежниками не сообщайся.
Пр. 24,21

Благодаря антихристовой революции февраля 1917 г., в русской церковной среде получило широкое распространение новое лжеучение, утверждающее, что любой государственный строй является богоустановленным и, следовательно, Церкви безразлично, какая именно форма власти устанавливается в государстве. Это лжеучение получило название “аполитичности”.

В действительности теория аполитичности и ранее встречается в истории, но только вне Православной Церкви. Так, еще в конце ХIХ в. заявила о своей аполитичности безблагодатная латинская церковь. Папа Лев ХIII в 1892 г. провозгласил, что “Церковь не канонизирует определенной формы правления, а потому и республика не противна учению Церкви”. В этой энциклике наиболее четко (по сравнению с аналогичными постановлениями Русской Церкви) выражена сущности и призвание аполитичности: провозглашение аполитичности должно было показать, что Церковь лояльна к новой, республиканской власти и Монархию отстаивать не собирается.

Приверженцы теории аполитичности в свое оправдание, как правило, ссылаются на авторитет Всероссийского Собора 1917-1918 гг., т.к. одним из своих решений этот Собор фактически провозгласил аполитичность Русской Церкви. Церковный писатель русской эмиграции Н.Кусаков в одной из своих работ касается темы этого Собора: “Первой необходимостью созвания Собора был вопрос определения отношений между временным революционным правительством Российской республики и Церковью... Правительство А.Ф.Керенского проявило заботу о том, чтобы Собор не мог оказаться контрреволюционным. Для этого были своевременно взяты под стражу такие представители монархии, как московский митрополит Макарий (Парвицкий), петербургский митрополит Питирим (Окнов) и некоторые другие... Уже то, что Собор получил приветствие от премьер-министра А.Ф.Керенского, говорит за себя и указывает, что Собор должен был вести линию... никак не монархическую. Торжество созвания и открытия Всероссийского Церковного Собора под благовест всех московских “сорока сороков”, притом, что все улицы и площади Москвы были украшены красными флагами революции, - представляло собою зрелище достаточно удивительное. Не менее удивительное, чем сама бескровная революция!..”.

“Постановление Собора указывало, что, вопреки правилам, господствовавшим при царизме (ибо именно так тогда было принято выражаться), носители духовного сана не обязаны быть монархистами, но имеют право держаться любых политических взглядов и убеждений...” - пересказывает Кусаков суть церковного новшества. “Никто не имеет права принуждать церковными мерами другого члена Церкви примыкать к чьей-либо политике”, - гласит, между прочим, само правило Собора 1917-1918 гг. Однако такой подход в корне противоречит древним церковным канонам. Если какой мирянин, священник или архиерей высказывает свое враждебное отношение к Монархии вообще, либо хулит конкретного Государя из Дома Романовых, то, в силу Клятвы 1613 г. и 84 Апостольского правила, таковой крамольник, если не покается, обязательно должен понести каноническое наказание, вплоть до лишения сана и отлучения от Церкви.

Истинные православные во все времена ревностно исповедывали верность Царскому Престолу. В Послании Восточных патриархов, утвержденном Поместным Московским Собором 1666 г., говорится: “Как отрицающий веру в Бога изгоняется из собрания православных, так нарушающий верность Царской власти и настроенный к ней изменнически не достоин называться христианином, ибо носящий корону, власть и диадему есть также христос или Божий Помазанник. В виду этого мы непреложно обязаны соблюдать навсегда благочестивую верность к нашему властителю Царю”. Новосвященномученик Владимир, митрополит Киевский утверждал: “Священник не монархист не достоин стоять у св. престола...”.

Таким образом, теория аполитичности является отречением от исповедания монархизма Церкви, то есть отказом от исповедения Православия во всей его полноте.

Отношение православных к власти в России должно строиться в свете Клятвы Великого Московского Собора 1613 г. Постановление этого собора гласит: “Быти... Государем Царем и Великим Князем, всея России Самодержцем... Михаилу Феодоровичу Романову-Юрьеву... На Московском Государстве Государем никак иному никому не быти. Заповедано, чтобы избранник Божий, Царь Михаил Феодорович Романов был родоначальником Правителей на Руси из рода в род, с ответственностью в Своих делах перед Единым Небесным Царем. А кто же пойдет против сего соборного постановления... и начнет глаголати ино, и молву в людях чинити, то таковый, аще от священного сану, аще от бояр или ин кто от простых людей, и в каком чину не буди... всего извержен будет, и от Церкви Божией отлучен... яко раскольник Церкви Божией и всего православного христианства, мятежник и разоритель Закону Божию... да проклянется таковой в сем веке и в будущем, отлучен бо он будет от Святыя Троицы”.

В соответствии с этим, единственной законной властью в России является только Царь (или Царица) из Династии Романовых. Все те, кто призывает к измене законному Царю, равно как и те, кто признает законность мной власти (будь то временное правительство Керенского, советская власть или современные демократы), все таковые находятся под проклятием Собора 1613 г. Соборная клятва 1613 г. является канонической нормой для свей Русской Православной Церкви, действительной вплоть до Второго Пришествия Христова. Отменить эту клятву невозможно, так как любой, покусившийся на такое беззаконное дело, сам автоматически попадает под проклятие. Это же относится и к собору любого количества архиереев и других духовных лиц, поскольку большое число проклятых не может умалить силы самого проклятия.

Нам не известно, какими благими намерениями руководствовались отцы Собора 1917-1918 гг., принимая названное “аполитичное” правило. Но история показала, что именно это постановление настеж открыло двери для проникновения в Русскую Церковь апостасийных элементов, работающих на приход антихриста. Забыли иерархи, что Русский Царь был тем Удерживающим мир от анархии, то есть от власти бесов, о котором говорит Апостол Павел.

Значение Удерживающего объясняет Св. Иоанн Кронштадтский: “Через посредство державных лиц, Господь блюдет благо царств земных и особенно благо мира Церкви Своей, не допуская безбожным учениям, ересям и расколам обуревать ее, - и величайший злодей мира, который явится в последнее время, - антихрист, не может появиться среди нас, по причине Самодержавной власти, сдерживающей бесчинное шатание и нелепое учение безбожников. Апостол говорит, что дотоле не явится на земле антихрист, доколе будет существовать Самодержавная власть. Тайна бо уже деется беззакония, говорит он, но дотоле не совершится, доколе не возьмется от нас державный”.

“Св. Ап. Павел говорит, что не может явиться антихрист, пока не будет устранен “Удерживающий”. Св. Иоанн Златоуст объясняет, что “удерживающий” - это законная благочестивая власть”.

Свят. Феофан Затворник объясняет, какая роль отведена сатаной современным новоизмудренным политическим порядкам: “Антихрист... не явится, пока будет в силе Царская власть... Вот это и есть “удерживающее”. Когда же царская власть падет, и народы всюду заведут самоуправство (т.е. республики и демократии - Св. Феофан), тогда антихристу действовать будет просторно... Когда заведутся всюду такие порядки, благоприятных раскрытию антихристовых стремлений, тогда антихрист и явится”.

Митрополит Антоний (Храповицкий) утверждал, что люди, заявляющие о безразличном отношении Церкви к форме власти, суть “мечтатели или обманщики, ни во что не верующие, а желающие свести церковную жизнь на полное уничтожение и, под предлогом аполитичности, ведущие республиканскую еврейскую политику”.

Должно быть очевидно, что аполитичность является ни чем иным как политическим инструментом, служащим для того, чтобы оправдать и узаконить в глазах верующих республиканскую революцию. Революция же эта никак не может быть оправдана, ибо она имеет непосредственное отношение к воцарению личного антихриста и, по сути, является воплощением сатанинского богоборчества. В контексте установления на земле царства антихриста и выявляется истинное значение теории аполитичности.

Появление современных республиканских политических формаций - это этап в процессе построения нового мирового порядка. Конечная цель этого тщательно спланированного сатаной процесса - всемирное царство личного антихриста. Но новый, антихристов порядок невозможно построить не уничтожив древнего - Божественного. Роль республиканской революции и состоит в ниспровержении Богоустановленного порядка Наследственной Самодержавной власти. Исполнителями этих планов сатаны являются масоны. Они хорошо поняли, что главной опорой Самодержавия является Православная Церковь. Чтобы лишить Монархию этой опоры, масоны разработали теорию аполитичности, проникли внутрь Церкви и, когда настал решающий момент, провозгласили эту теорию официальной позицией Церкви.

Очевидно, что эта лукавая аполитичность и теперь имеет весьма определенное антимонархическое направление. Когда поднимается вопрос о поддержке Законной Царской власти, то либералы обновленцы, выставляя от лица Церкви флажок аполитичности, заявляют, что Церковь не занимается такими политическими вопросами. Когда же речь заходит об уже свершившихся фактах преступной поддержки республиканского режима (например, молитва о властях), то та же аполитичность выставляется уже в оправдание беззакония.

Многие из тех, кто по невежеству считают аполитичность древним церковным учением, возразят нам, что они не поддерживают ни революцию, ни современные безбожные власти. Но разве молитва о властях не является выражением признания и поддержки существующих республиканских властей? А признавая современный республиканский режим, разве не признаем мы тем самым и революцию, которая его установила?

Молитва о властях, распространенная ныне в православных храмах по всему миру, является практическим выражением аполитичности Церкви. Нам могут возразить, что названной молитвой верующие лишь отдают , по заповеди, “кесарево кесареви”. Но при серьезном рассмотрении вопроса, станет ясно, что “кесарево” воздается отнюдь не “кесарю” (т.е. Царю), а предтечам антихриста. Молясь за Царей, в том числе и за Царей-язычников, православные выказывали свое почитание Богопоставленной власти, власти Удерживающего. Современные же республиканские власти, попущением Божиим заняли место свергнутого ими удерживающего, то есть пособники и предтечи антихриста. Таки образом, обновленческое моление о современных властях и православная молитва за Царя есть вещи взаимоисключающие. А оправдывать прошение о властях ссылками на Апостольскую заповедь о молитве за Царя - настоящее кощунство.

Всякий, кто поддерживает республиканскую или демократическую власть (а также тот, кто, будучи изменнически настроен к Законной Царской власти исповедует аполитичность) соучаствует в грехе революции, а следовательно - и в подготовке воцарения антихриста. Признание верующими законности всякой власти без разбора нельзя ничем оправдать, ибо все, что говорится в Св. Писании об обязанностях к государственной власти, - говорится о власти Законного Богопоставленного Царя. Привыкнув служить всем захватившим власть проходимцам, сторонники аполитичности, в конце концов, по привычке, поклонятся и самому антихристу.

Св. Иоанн (Максимович) указывал подлинное происхождение всех антимонархических (цареборческих) теорий, в том числе и аполитичности церкви: “До пришествия антихриста в мире уже готовится его появление. “Тайна уже в действии” и силы, готовящие его появление, прежде всего борются против Законной Царской власти”.

А. К.

Царицын

 

Монархистъ № 1 (37), 1999, АРХИВ

К СОДЕРЖАНИЮ                                                                                                               НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
НАША ПОЧТА

Автор: Константин фон Штюрмер

Нет – “демофилии”!

Полностью поддерживаю статью “Отечество как идол”, опубликованную в “Монархисте” № 2 за 1998 г. Возводить Россию, как “кусок территории” на земном шаре, в некий главенствующий принцип и основу нашей монархической идеологии, - это просто глупо.

В равной степени, я не понимаю, почему со стороны монархистов и из монархической прессы раздаются какие-то нелепые апелляции к “мнению народа”, “воле народа” и т.п. Рассуждения о некоем “возрождении” или “пробуждении” русского народа уже просто утомили.

Во-первых, это, мягко говоря, не соответствует действительности (если под “возрождением” понимать воцерковление людей и возвращение их к традиционным русским монархическим идеалам).

Во-вторых, так называемое “мнение народа”, никогда ничего не решало. При демократических режимах, власть ублажает население иллюзией значимости “свободного выбора”. Людям нравится быть обманутыми и воображать, что от них что-то зависит, в то время как “за кулисами” роли давно распределены. Самодержавная Царская власть никого не пытается обмануть; ее источник - не “народная”, а Божия воля.

Так зачем же в наших изданиях писать глупости и лебезить перед т.н. “народным волеизъявлением”?

В сущности, народ - это стадо (если угодно, - быдло); и все зависит только от пастуха, который это стадо гонит. Хороший, праведный пастух, - и стадо идет в нужном направлении; дурной, - и скоты норовят передавить друг друга.

Сравнение это, - не мое; оно почерпнуто из Св. Писания, - “каков пастырь (пастух), - такова и паства” (стадо).

Говорить же о воле НАРОДА (с пяти заглавных букв), - глупо и пошло. Десять тысяч кроликов никогда не составят одного слона.

В монархической идеологии нет места подобного рода “демофилическим” извращениям!

Константин фон Штюрмер

 

Монархистъ № 1 (37), 1999, АРХИВ

К СОДЕРЖАНИЮ                                                                                                               НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
 

Автор: Е.Лукашевский

К 155-летию со дня рождения Императора Александра III

ЦАРЬ-МИРОТВОРЕЦ

Начало.

Прошло 105 лет со дня смерти одного из самых выдающихся Русских Государей - Александра III Александровича. Даже в советское время память немногих Государей подвергалась такой клевете и оскорблениям, как память этого умного и сильного твердого Царя. Это понятно. Ведь полтора десятилетия царствования Александра Александровича были временем успокоения России, временем прекращения революционных брожений и смут. И в то же время это славное царствование было периодом нового расцвета военно-политической мощи России, периодом ее экономического и культурного подъема.

Император Александр III родился 26 февраля 1845 г. Он был вторым сыном Царя-Освободителя Александра II Николаевича и в детстве своем не готовился стать Монархом. Он мечтал о том, чтобы всю жизнь быть другом и помощником своего старшего брата Цесаревича Николая Александровича. Братьев соединяла самая тесная дружба. Цесаревич много беседовал с братом о делах управления страной, и всегда трезвый и прямой взгляд Александра Александровича производил на него благоприятное впечатление. “У Александра, - говорил Цесаревич, - душа чистая, как хрусталь”.

Хотя Великого Князя и не готовили к Престолу, он получил прекрасное воспитание и образование. Его воспитателем был храбрый воин и высоконравственный человек граф Перовский. Русский язык преподавал ему профессор Грот, русскую историю он изучал у знаменитого историка Соловьева, а российское законодательство у замечательного знатока его Победоносцева. Серьезно изучал он и военные науки.

1865 г. стал важнейшей вехой в жизни будущего государя. В этом году, 12 апреля, во Франции скончался его горячо любимый брат, Цесаревич Николай Александрович. В тот же день Высочайший Манифест Александра II объявил Великого Князя Александра Александровича Наследником. Перед самой кончиной Николай Александрович взял руку своей невесты - датской принцессы Дагмары и вложив ее руку в руку брата сказал: “Оставляю тебе тяжелые обязанности, славный трон, отца и невесту, которая облегчит тебе это бремя”. Год спустя новый Наследник обвенчался с датской принцессой, по восприятии ею Православной веры ставшей Великой Княгиней Марией Федоровной. И Господь благословил этот брак, сделал его счастливым и прочным, могущим служить для подданных высоким образцом супружеской жизни.

Став Наследником Престола, Великий Князь начинает принимать активное участие в государственной жизни. В 1868 г. во время голода, постигшего некоторые губернии России, Государь поставил его во главе комиссии по оказанию помощи голодающим. Во время войны с турками, в 1877 г., он был поставлен во главе Рушукского отряда, отражавшего попытки турок деблокировать осажденную нашими войсками Плевну. Он прекрасно справился с этой задачей. По инициативе Цесаревича на специальные пожертвования русских людей был создан Добровольческий флот, состоявший из легких быстроходных судов и направленный против торговой и военной экспансии Англии.

Во всех своих делах будущий государь проявлял твердость, благоразумие, спокойствие и большое трудолюбие. К моменту трагических событий марта 1881 г. он был вполне готов, чтобы принять на себя крест великого служения России.

Первое, чем пришлось вплотную заняться Государю после вступления на Прародительский Престол, было искоренение крамолы, глубоко въевшейся во все поры российского общества. Было ясно, что великие реформы, начатые покойным Государем, не могут быть доведены до конца, пока смута, как ядовитая плесень будет разлагать государство и народ. Было совершенно очевидно, что полумеры в борьбе с этой заразой, не говоря уже о либеральных уступках “общественному мнению”, не помогут. Нужны решительность, твердость, разумная суровость. Всеми этими качествами сполна обладал новый Государь. Либеральные мямли еще долго будут вздыхать и охать о “бессердечность” Царя, отказавшегося помиловать пятерых террористов, “вся вина” которых лишь в том, что во имя мифической “свободы” народа, они убили Царя, даровавшего народу свободу истинную.

Свою карательную и успокоительную миссию Александр III выполнил сполна. Это общеизвестно. Менее известны успехи хозяйственной и внешней политики мудрого Царя. А они были велики, прежде всего, в области промышленности и в финансовой политике Царя. Государь получил в наследство очень расстроенные финансы, чему во многом способствовала тяжелая турецкая война 1877-1878 гг. Кредитный рубль держался в течении ряда лет на высоте двух третий своего номинала. За время правления Александра III ситуация резко изменилась. В 1890 г. русский бюджет перевалил за миллиард рублей. При этом прямые налоги, оставлявшие менее 10% доходной сметы, были самые низкие в мире. В косвенных же налогах, значительную роль играли доходы от казенных имуществ, прежде всего, от железных дорог. Средствам сообщения и связи правительство Государя Императора уделяло особое внимание. В условиях, несоизмеримых по трудности с европейскими, к концу 1894 г. было проложено 32.500 верст железных дорог. По их протяженности Россия вышла на первое место в мире. 23.000 верст шоссейных дорог служили хорошим дополнением к железным. Воды судоходных рек бороздили более 2 тысяч речных пароходов. Телеграфные провода опутывали Империю на протяжении 150.000 верст.

В 1891 г. была начата постройка самой длинной в мире железной дороги - Великого Сибирского пути от Петербурга до Владивостока. Председателем Комитета по сооружению дороги был назначен Наследник Цесаревич Николай Александрович. Строительство этого пути объяснялось и хозяйственными нуждами, и военно-стратегической необходимостью.

Быстро развивалась и промышленность. В основном, - традиционная текстильная, вполне удовлетворяющая потребности рынка, и производящая, наряду с льняными, и хлопчатобумажные ткани. После присоединения Средней Азии, отечественный хлопок постепенно вытесняет привозной, американский. Русский ситец начинает завоевывать и мировой рынок. Наряду с этим развиваются горнодобывающая и металлургическая промышленность, базирующаяся, как на старом Урале, так и в новых центрах - Донбассе, Кривом Роге. Начинается быстрое освоение золотоносных месторождений в Сибири и нефтяных - в Баку.

Растет численность рабочего класса. К 1890 г. она перевалила за полтора миллиона. Необходимо отметить, что несмотря на достаточно тяжелые условия, правительство делает многое для улучшения быта и условий труда рабочих. Рабочее законодательство при Александре III (равно как и при Николае II) было самым гуманным в мире. Был запрещен ночной труд женщин и детей, ограничен труд несовершеннолетних, регулировались условия найма, принимались меры для предотвращения несчастных случаев, была учреждена государственная фабричная инспекция для контроля над выполнением законов об охране труда на частных предприятиях. При этом нужно учитывать, что в большинстве своем русские рабочие не были чистыми пролетариями, как в Европе и Америке. Большинство из них имели свои дома на заводских окраинах, огороды, мелкий домашний скот, птицу. На старинных уральских заводах в домашнем хозяйстве рабочих были и коровы, и даже лошади. Для многих рабочих фабрика была своего рода отхожим промыслом и лето они проводили в своей деревне. Так что представление о русских рабочих того времени, как о забитых, нищих и бесправных существах не имеет под собой никакой почвы. По сравнению со своими западными коллегами русские рабочие жили очень сытной, обеспеченной жизнью.

В области сельского хозяйства успехи были менее значительны. Причиной тому было не пресловутое крестьянское малоземелье. Как раз наоборот, по сравнению с крестьянами большинства стран Европы, русские крестьяне имели весьма большие наделы. Дело в том, что господство в деревне поземельной общины тормозило развитие сельского хозяйства. Однако в то время упразднить общину не представлялось возможным, ибо главной задачей государства было укрепление финансов России и на этой базе развитие промышленности, прежде всего оборонной. Община же, с ее круговой порукой, позволяла успешно проводить активную налоговую политику в деревне. В то же время, нельзя забывать, что Россия оставалась крупнейшим поставщиком хлеба в Европу, вывозя туда пятую часть урожая. Россия оставалась также крупнейшим в мире производителем льна. По количеству лошадей (26 млн голов к началу 90-х гг.) Россия также стояла на первом месте в мире. В 80-е гг. быстро увеличиваются посевы сахарной свеклы и Россия становится одним из главенствующих на мировом рынке производителем сахара. За период царствования Александра III площадь занятая под хлопком увеличилась в 4,5 раза.

Особое внимание Государь обращал на положение крестьянства. Уже в первый год его царствования было издано Высочайшее повеление о повсеместном и весьма значительном сокращении выкупных платежей, составлявших важную статью государственных доходов. Были предприняты первые серьезные меры по переселению крестьян на свободные сибирские земли и, что особенно важно, была уничтожена подушная подать (дававшая государству, между прочим, ок. 60 млн рублей ежегодно). Наконец, был основан Крестьянский банк, давший крестьянам возможность приобретать на льготных условиях частновладельческие земли в полную собственность. Таким образом, Александр III, не трогая пока общину, сделал целый ряд шагов, подготовлявших столыпинскую реформу.

Особо следует отметить политику Государя в отношении Церкви, искусства и науки. Будучи глубоко православным человеком Государь делал все, чтобы поднять на подобающую высоту Православие в Империи. При нем оживляется церковная жизнь, восстанавливаются старые и строятся новые монастыри. За 13 лет царствования Александра III на казенные средства и народные пожертвования было возведено около 5 тысяч церквей. Среди наиболее замечательных храмов, заложенных или завершенных в царствование этого благочестивейшего монарха нужно отметить храм Христа Спасителя в Москве, храм Воскресения Христова на месте убиения Александра II (Спас-на-Крови) и храм во имя Святого Равноапостольного Князя Владимира в Киеве. При Государе возрождается интерес к русской старине, русской иконе, русским обычаям, песням, обрядам. На смену художникам-передвижникам приходят художники - творцы православных национальных ценностей, такие как В.М.Васнецов и М.В.Нестеров, преданный поклонник Государя. Да и старые художники, особенно Суриков и Репин, обращаются к сюжетам русской истории. Царствование Императора Александра III является временем расцвета музыкального творчества великих композиторов Чайковского, Римского-Корсакова, Рубинштейна, периодом возрождения русской лирической поэзии, началом т.н. “серебряного века” русской литературы, эпохой русского классического балета. Вся культурная политика Государя была направлена на возрождение исконно русских начал в искусстве и созданию высоких национальных художественных ценностей. Им была создана великолепная коллекция картин и других произведений отечественного искусства, положившая основу Русского музея. Ближайшим помощником Александра III в этом деле был его брат - Августейший Президент Академии Художеств Великий Князь Владимир Александрович.

Больших успехов достигла и русская наука. Президентом Академии Наук был двоюродный брат Государя Великий Князь Константин Константинович (поэт-лирик К.Р.), много сделавший для развития русской науки. Целое созвездие ученых с мировым именем: Д.И.Менделеев (кстати, убежденный православный монархист, даже оставивший труды по этому вопросу), П.Л.Чебышев, Ф.А.Бредихин, А.С.Фаминцин, Н.Н.Бекетов, А.П.Карпинский, Ф.Ф.Эрисман, К.Н.Бестужев-Рюмин, П.П.Семенов-Тянь-Шанский и многие другие свидетельствуют о том, что представляла из себя наука в России в достославное царствование Государя Александра III. Многие ученые занимали видные государственные посты: Главную Палату мер и весов возглавлял Д.И.Менделеев, Геологический комитет, а в последствии Академию Наук, А.П.Карпинский, инспектором департамента земледелия был виднейший ученый-почвовед П.А. Костычев, выходец из крестьянской семьи. Да и среди тех, кто непосредственно помогал Государю в управлении страной было немало выдающихся ученых: замечательный правовед К.П.Победоносцев, видные математики Н.Х.Бунге и С.Ю.Витте, математик и экономист И.А.Вышнеградский и др. Очевидно, что подбор государственных мужей, произведенный Царем не мог не отразиться на росте экономической и политической мощи России.

Но не только успехи науки и культуры в ее высших сферах волновали Царя. Огромное внимание он уделяет народному образованию. 13 июня 1884 г. Государем были утверждены “Правила о церковноприходских школах”. Православному духовенству вверялось особое попечение о начальном народном образовании. Во многих отдаленных уголках страны эти школы были единственными источниками просвещения народа. При вошествии на Престол Императора Александра III в России было 4000 церковноприходских школ, а в год его кончины уже более 31000, и в них обучались свыше миллиона детей. Крестьяне охотно отдавали детей в эти школы, зная, что зиждятся они на твердых устоях Православия и народного духа. К приходскому духовенству, дружно откликнувшемуся на Царский призыв к школьной работе, Государь относился отечески заботливо. При нем был начат отпуск средств на обеспечение сельского малоимущего духовенства.

Е.Лукашевский

(окончание следует)

 

К СОДЕРЖАНИЮ                                                                      НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ

 SpyLOG

Монархистъ № 1(37),1999, АРХИВ
Copyright © 2001   САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ОТДЕЛ РОССИЙСКОГО ИМПЕРСКОГО СОЮЗА-ОРДЕНА
EMAIL
- spb-riuo@peterlink.ru