Безразличие Церкви к форме государственной власти, негативное отношение к Законным Наследникам Российского Престола, идея «выборов царя» и перспективы восстановления монархии – эти и другие темы были затронуты в беседе редактора газеты «Монархист» Михаила Кулыбина с настоятелем храма Преображения Господня в Лесном протоиереем Михаилом Груздевым.

- О. Михаил, среди части православных распространено мнение о безразличии Церкви к форме государственной власти в стране и, в связи с этим, о вредности сопряжения Православия с монархической идеей. Что вы об этом думаете?

- Прежде всего, необходимо четко определиться, о чем идет речь. Если разговор о том, что Церковь Христова не может существовать вне монархии, то это, конечно, не так. История наглядно продемонстрировала, что Церковь может жить и нести свое служение и в республике, и в иноверческом окружении, и даже при прямо богоборческой власти, каковой был большевизм. Правда такое внешнее окружение в большей или меньшей степени стесняет ее деятельность. Таким образом, корректнее говорить о том, какой государственный строй следует считать богоустановленным, создающим Церкви наиболее благоприятные условия для ее миссии на земле. И в этом случае можно смело говорить именно о монархии.

(Окончание. Начало в №104)

Оказавшись в рассеянии, русским архиереям пришлось налаживать связь между собой и каноническую церковную жизнь. Главным организатором и идеологом выступил старейший и наиболее авторитетный иерарх — Митрополит Антоний. Было создано Временное Высшее Церковное Управление, преобразованное затем в Синод Русской Православной Зарубежной Церкви, которые сказали миру правду о зверствах богоборцев в России. Свободная часть Русской Церкви на I Всезарубежном Соборе в Сремских Карловцах (Сербия) сообщала Генуэзской международной конференции о преступлениях большевиков и призывала не признавать беззаконного советского государства. Русским же людям была свидетельствована истина о необходимости возрождения Законной Царской власти для спасения России.

В Послании собора чадам Русской Православной Церкви, в рассеянии и изгнании сущим говорилось: «Издревле спасалась и в веках строилась Русская земля верою, молитвами святителей и подвижников, трудами Царственных Помазанников своих. И ныне пусть неусыпно пламенеет молитва наша – да укажет Господь пути спасения и строительства родной земли; да даст защиту Вере и Церкви и всей земле русской, и да осенит он сердце народное; да вернет на Всероссийский Престол Помазанника, сильного любовию народа, законного православного Царя из Дома Романовых».

Мы теперь воскресли, свет увидели. Дай,
Господи, чтобы эта война прошла подольше.

Тамбовская солдатка, 1916 год.

Впервые в России пособия для семей солдат, призванных в военное время из запаса, ввел Александр II в 1877 году. Незадолго до этого была проведена военная реформа, от рекрутских наборов перешли к призывной армии. На Русско-турецкую войну 1877-1878 годов были мобилизованы резервисты, и возник вопрос, как жить их семьям, пока мужчина-кормилец сражается за Веру, Царя и Отечество. Обеспечение солдатских семей на время войны было возложено на земства, а также сельские и городские общества по месту жительства.

Безусловно, это было очень важной мерой, которая помогала пережить военное время и дождаться либо возвращения мужа и отца, либо назначения пенсии в случае его гибели или увечья. Однако в ходе Русско-турецкой и Русско-японской войн обнаружились и недостатки принятого решения.

(Продолжние. Начало в №104)

В четвертом номере «Нашей страны (стр. 2, статья «Компартия зарубежья») Солоневич, продолжая тему, пишет: «Программа солидаристов есть программа, вполне устраивающая только один слой “российских народов”, слой советской бюрократии, – которая в предвидении… переворота боится остаться без власти, без портфеля и без хлеба. Больше эта программа не устраивает никого. Не будем недооценивать этой бюрократии: хватка у нее ежовская, и застенчивостью она не страдает. Мы весной и летом 1917 года недооценили программу Ленина, – у Ленина по тем временам были разные программы. Как бы нам недооценить и программу НТСНП(с)? Это есть, так сказать, фактическая угроза. Но – еще в большей степени она является принципиальной угрозой. Люди в 1948 году публикуют философию, программу и планы – с изумительной степенью точности повторяющие все то, что планировала русская революция от начала XIXвека до начала невыразимо прекрасной жизни в СССР».

Дайджест

Прот. Владимир Сергиенко
Столетие
Е.Пронин