Статья

Президент Медведев и русский вопрос

В конце второго десятилетия своего существования нынешняя российская власть неожиданно для себя выяснила, что в стране, оказывается, имеется некий русский народ, и даже озаботилась его проблемами. Пока, правда, только на словах.

Непосредственным поводом для этого знаменательного события послужили декабрьские беспорядки на Манежной площади в Москве. А еще раньше был «звоночек» из Кондопоги. В общем, игнорировать вопрос и дальше становилось уже не совсем уместно.

И вот, 17 января 2011 года Дмитрий Медведев встретился с парламентской верхушкой для разговора о русском народе. И сказал он буквально следующее:

О чувстве меры и исторической справедливости Еще раз о церковно-государственных отношениях при Петре I

(Окончание. Начало в №70)

Ученье – свет!

То, что вопрос с образованием стоял очень остро, ясно как из приведенных выше слов св. Димитрия Ростовского (кстати, одним из первых его действий на ростовской кафедре было открытие духовного училища), так и по тому, сколько предпринималось попыток организовать хоть какое-то обучение духовенства. Самой заметной из них было основание в Москве Славяно-Греко-Латинской академии в 1685 г. Незадолго до этого, в 1681 г. в Москве греческим иеромонахом Тимофеем была создана «Типографская школа» при Типографских казенных палатах. В 1682 г. Сильвестром (Медведевым) были основаны Заиконоспасские схолы, влившиеся затем в Академию. Некоторыми владыками создавались и епархиальные училища. Но ни системного подхода к образованию, ни стабильности в работе этих заведений не было: они создавались, упразднялись, преобразовывались и т.д.

Народное восприятие смертной казни в России и Западной Европе в XIV-XVII вв.

(Окончание. Начало в №71)

Особенно показательными в смысле казни как церемонии и народного развлечения были казни еретиков в Испании. Они могли продолжаться целый день, причем совершались со строгим соблюдением церемоний. За месяц до аутодафе приходские священники оповещали паству о предстоящей казни, приглашая принять участие в ней и обещая за это индульгенцию на 40 дней. Накануне аутодафе город украшали флагами, гирляндами цветов, с балконов свешивали ковры. На центральной площади воздвигали помост, на котором возводили алтарь под красным балдахином и ложи для Короля или местного правителя и других светских и церковных нотаблей.
Накануне устраивалась как бы генеральная репетиция аутодафе. По главным улицам города проходила процессия прихожан, возглавляемая членами конгрегации Св. Петра Мученика. Члены этой конгрегации занимались подготовкой аутодафе – изготавливали помост, подготавливали «жаровню» и т. д. Вслед за ними шла «милиция Христа», то есть весь персонал местной инквизиции с ее осведомителями-фискалами в длинных балахонах и белых капюшонах, скрывавших их лица.

Духовное «процветание» Советского Союза в цифрах

В последнее время в некоторых СМИ, называющих себя православными, увеличилось количество статей, одобряющих Сталина и Советскую власть. Даже некоторые священники МП открыто говорят о «заслугах» Сталина.
«Советское государство являло собой отчасти осуществленный проект царства всеобщего мира, равенства и братства», - полагает дьякон Владимир Василик. «Если оставить религиозную составляющую, в Советском Союзе был построен, пожалуй, самый справедливый и созидательный строй за всю историю человечества», - считает он. Завершает же свою статью он так: «Если говорить об идеале, я бы обозначил его так. Это Православие плюс советский строй. Это путь – единственно возможный для сохранения России и русского народа».
Священник МП Александр Шумский отметил день смерти Брежнева подобострастной статьей с названием «Последний имперский правитель» с парадным портретом генсека. Чиновники СССР в таких СМИ именуются «материальными аскетами», а Сталин – «хранителем русской культуры».

Монархисты против Гитлера

20 июля 1944 г. произошло покушение на Гитлера, предпринятое группой германских офицеров, большинство из которых были монархистами.
В советской пропаганде вся антинацистская деятельностиь так или иначе, связывалась с героическими усилиями немецких коммунистов. Однако, анализ событий, происшедших 20 июля показывает, что не только руководство, но и рядовые коммунисты, не имели к ним никакого отношения. Советское мифотворчество пыталось доказать что главный виновник этих событий был, если не коммунист, то, во всяком случае, близкий к ним по духу человек. Так кем же был он на самом деле?

Быт «реального социализма». Как это было?

Публикуем отрывки из автобиографический повести Валентины Богдан «Студенты первой пятилетки» (Буэнос-Айрес, 1973). Это не мемуарная работа в традиционном понимании, поскольку автор не является известным общественным деятелем и не может рассказать о каких-то существенных исторических событиях. Скорее это просто бытописание, рассказ о повседневной жизни в СССР в конце 20-х – начале 30-х годов, написанный простым, безыскусным языком. Автор – девушка из Кропоткина (до революции – станица Кавказская на Кубани), поступившей учиться в один из вузов Краснодара (Екатеринодара). Специально опускаем описания арестов и посадок, хотя их в повести вполне достаточно; публикуем лишь эпизоды обыденной «счастливой мирной советской жизни».

Заметки на полях современности

Храмы-памятники и их государственная «охрана»
В последнее время т.н. «музейная общественность» в купе с прочими «борцами с мракобесием» активно истерит по поводу «передачи Церкви объектов исторического наследия и шедевров искусства». Оказывается, государство вообще и музеи в частности на протяжении многих лет бережно сохраняли памятники старины, а теперь «попы позарились на готовенькое».
Интеллектуал глубокомысленно напоминает, что и до революции, де, многие храмы были не в собственности Церкви, а принадлежали государственным ведомствам. Искусствовед придушенно вещает: погубят церковники шедевры искусства: не умеют ни хранить, ни реставрировать. Среднестатистический обыватель поддакивает: чего, дескать, «народное добро» разбазаривать?
Каждый раз, когда сталкиваюсь с такого рода заявлениями, поражаюсь их наглости, подлости и лицемерию.

Двадцать лет спустя

В конце этого года нашей газете исполнилось 20 лет – возраст для издания серьезный, а для монархического – в особенности. Но юбилейной официально-отчетной передовицы по этому случаю не будет. И дело не в том, что хвастаться особо и нечем – ни тиража, ни влияния – а ведь в газетном мире это по-прежнему основные мерила успеха. Просто изначально «Монархист» создавался не для этого. И даже не для того, чтобы попасть в учебники истории отечественной журналистики (с этим как раз все в порядке). Так для чего же?
Цель газеты – просветительская, можно сказать, миссионерская. Такой она была в 1991 г., когда газета представляла собой скромный самиздатский листок, такой она остается и сейчас, когда бесплатно раздается и рассылается, а также размещается в интернете, и существует за счет пожертвований чрезвычайно узкой группы читателей, большинство из которых являются и ее авторами.
Сказать сегодня хочется о другом: о том, как за эти 20 лет менялось отношение к монархической идее в России, что стало с монархическим движением, каково наше будущее.

Народное восприятие смертной казни в России и Западной Европе в XIV-XVII вв.

Публикуем очерк, завершающий сравнительный разбор вопроса о смертной казни в Русском государстве и Западной Европе. Статью А.Рожнова «Цивилизованная» Европа и «варварская» Москва на примере смертной казни читайте в №№66-67, 68-69.

Сопоставляя русское и западноевропейское законодательство о смертной казни и практику его применения, мы по существу рассматривали соответствующие уголовно-правовые воззрения власти в лице законодателя, судьи и палача. А как к смертной казни относились не власть предержащие, а русский и западноевропейские народы? Были ли их взгляды на смертную казнь похожими?

О чувстве меры и исторической справедливости. Еще раз о церковно-государственных отношениях при Петре I

Никогда не предполагал, что однажды мне придется выступать «адвокатом» Императора Петра I, ибо сам не раз выступал с критикой осуществленных им Великих западнических реформ. Но вот теперь приходится «заступаться» и за царя-реформатора.

Получившая ныне довольно широкое распространение огульная, безоглядная и часто совершенно несправедливая критика, в которой Государь предстает этаким убежденным безбожником, «революционером на троне», не имевшим иных целей, кроме погубления Церкви и Святой Руси, ничуть не лучше имевшего место в прошлом столь же неумеренного и бездумного почитания «священных заветов Петра Великого». Ни то, ни другое нимало не приближает нас ни к исторически объективной оценке роли Петра I в истории России, ни к пониманию того, каких ошибок нужно избегать нам в будущем.

RSS-материал